Пример анализа текста публицистического стиля речи

Пример анализа текста публицистического стиля речи

(1) “Всё, о Люцилий, не наше, а чужое, только время наше собственность. (2) Природа предоставила в наше владение только эту вечно текущую и непостоянную вещь, которую, вдобавок, может отнять у нас всякий, кто этого захочет… (3) Люди решительно ни во что не ценят чужого времени, хотя оно единственная вещь, которую нельзя возвратить обратно при всём желании “. (4) Так писал Сенека в самом начале нашей эры, в 50 году от Р. Х. (5) Древние философы первыми поняли ценность времени – они наверняка ещё до Сенеки пробовали как-то обуздать время, приручить, понять его природу, ибо и тогда оно угнетало своей быстротечностью. (6) Однако мы по своему самомнению уверены, что у древних времени девать было некуда. (7) Что они, со своими солнечными, водяными и песочными часам, измерять его как следует, не умели, а значит, не берегли. (8) Прогресс – он ведь к тому сводится, по мнению делового человека, чтобы сэкономить этому деловому человеку время. (9) Для этого деловой человек из кареты пересел в поезд, оттуда в самолёт. (10) Вместо писем придумали телеграммы и телефоны, вместо театров – телевизоры, вместо гусиного пера – шариковую ручку. (11) Эскалаторы, компьютеры, универмаги, телетайпы, электробритвы – всё изобретается для того, чтобы сберечь человеку время. (12) Однако почему-то нехватка этого времени у человека возрастает. (13) Деловой человек наращивает скорости, внедряет ЭВМ, переделывает универмаги в универсамы, печатает газеты фотоспособом, а дефицит времени увеличивается. (14) Не только у него – цейтнот становится всеобщим. (15) Недостаёт времени на друзей, на детей нет времени на то, чтобы думать, чтобы, не думая, постоять в осеннем лесу, слушая черенковый хруст облетающих листьев. (16) Времени нет ни у школьников, ни у студентов, ни у стариков. (17) Время куда-то исчезает, его становится всё меньше. (Д. Гранин)

НАЧАЛО: Всегда ли мы ценим чужое, да и своё, время? И почему надо беречь время? Что мы делаем, чтобы экономить его? Над этим вопросами задумаемся мы вместе с автором текста Д. Граниным. (Другой вариант: Как древние относились по времени? Как люди пытались обуздать время? Разрешил ли проблему цейтнота современный человек? Об этом говорится в тексте Д. Гранина).

Ведущая тема данного текста – размышление о дефиците времени. Ей подчиненытри микротемы: 1) Сенека о времени; 2) попытка древних обуздать время; 3) стремление разрешить проблему нехватки времени. Д. Гранина волнует вопрос дефицита времени. Он утверждает, что нужно ценить время, своё и чужое, потому что его “нельзя возвратить обратно”. Автор приводит нас к мысли о том, что при огромной занятости современного человека неумение организовать время может лишить его возможности соприкасаться с миром прекрасного, обогатить свой внутренний мир.

Анализируемый текст принадлежит публицистическому стилю. Что же говорит об этом? Текст привлекает внимание к общественно значимой проблеме нехватки времени. Ему присущи логичность, образность, эмоциональность, оценочность.

Тип текста – рассуждение. Почему я так считаю? 1)Тезисзаключён в предложении 3: “Время единственная вещь, которую нельзя возвратить обратно при всём желании“. 2)Доказательствомслужат предложения 5-13. 3)Выводсодержится в предложениях 14-17.

Предложения в тексте соединены цепной и параллельной связью. Что на это указывает? Так, предложения 6-7 связаны заменой существительного “у древних” местоимением “они”; местоимение “для этого” в предложении 9 заменяет часть высказывания в предложении 7: ”чтобы сэкономить этому человеку деловому человеку время”; предложения 13 и 14 – заменой словосочетания “дефицит времени” словом “цейтоном” и существительного “деловой человек “ местоимением “у него”. Предложение 15-17 – связаны по смыслу.

В предложенном для анализа в тексте есть языковые средства, характерные публицистическому стилю. Какую же роль они выполняют? Цитирование помогает Д. Гранину убедить читателя в значимости затронутого вопроса, вводные слова (“а значит”, “по мнению делового человека“) выражают отношение говорящего к высказываемому; ради однородных членов (“обуздать, приручить, понять”, “наращивает, внедряет, переделывает”) создают выразительною смысловую соотнесённость; градация (“ни у школьников, ни у студентов, ни у стариков”) “усиливает” впечатление.

Таким образом, действительно, цейтнот в наше время становится всеобщим. Особенно нехватка времени заметна в большом городе. Людям некогда любоваться красотой природы, сходить в музей, театр, пообщаться с друзьями, почитать интересную книгу. Человек превращается в робота, забывает о духовном развитии.

По собственному опыту знаю, что написать стилистический анализ не так просто, как кажется. Многие люди просто отчаиваются и бросают работу, делают "абы как", а зря. Это полезное умение, позволяющее шире взглянуть на любой текст.

Может быть, моя работа кому-нибудь пригодится, и кто-то, ознакомившись с моим, напишет свой гениальный анализ. Я получила за него довольно хорошие (а в сравнении с большинством сокурсников — даже очень, 4 с чем-то из 5 за каждый) баллы, однако не могу сказать, насколько он точен, ибо проверка производилась дистанционно.

В любом случае, вот мои примеры стилистического анализа, буду рада вашим комментариям, если он как-то заинтересует вас или поможет в работе или творчестве.

1. Заколдованная буква
(Драгунский «Денискины рассказы»)

Она (елка) лежала большая, мохнатая и так вкусно пахла морозом, что мы стояли как дураки и улыбались. Потом Аленка взялась за одну веточку и сказала:
— Смотрите, а на елке сыски висят.
«Сыски»! Это она неправильно сказала! Мы с Мишкой так и покатились. Мы смеялись с ним оба одинаково, но потом Мишка стал смеяться громче, чтоб меня пересмеять.
Ну, я немножко поднажал, чтобы он не думал, что я сдаюсь. Мишка держался руками за живот, как будто ему очень больно, и кричал:
— Ой, умру от смеха! Сыски!
А я, конечно, поддавал жару:
— Пять лет девчонке, а говорит «сыски»… Ха-ха-ха!
Потом Мишка упал в обморок и застонал:
— Ах, мне плохо! Сыски…
И стал икать:
— Ик. Сыски. Ик! Ик! Умру от смеха! Ик!
Тогда я схватил горсть снега и стал прикладывать его себе ко лбу, как будто у меня началось уже воспаление мозга и я сошел с ума. Я орал:
— Девчонке пять лет, скоро замуж выдавать! А она — сыски.
У Аленки нижняя губа скривилась так, что полезла за ухо.
— Я правильно сказала! Это у меня зуб вывалился и свистит. Я хочу сказать «сыски», а у меня высвистывается «сыски»…

Анализ:
Данный отрывок является сочетанием повествования от лица действующего персонажа и прямой речи героев художественного произведения (рассказа). Стиль разговорный, автор намерено делает речь каждого героя индивидуальной (рассказчика, Аленки и Мишки), что подчеркивается передачей звуковой составляющей беседы («сыски» (неправильный выговор ребенка) и междометия-звуки – «ик», «ха-ха-ха», «ой»), которая в свою очередь придает юмористически-абсурдный характер тексту. Даже невинные на первый взгляд описания действия-реакции — У Аленки нижняя губа скривилась так, что полезла за ухо – с помощью гротеска (в видении ребенка) создает комический эффект (как и «упал в обморок» — преувеличение, на самом деле обморока не было).
Характерная непринуждённость (употребление просторечий и слов разговорной лексики – дурак, орал, девчонка, поднажал, поддать жару, пересмеять), образность (образы разных по характеру и межличностным отношениям в данной группе участников полилога), эмоциональность (повторы реплик о шишках, знаки препинания (восклицательный знак, многоточие (апосиотеза)), выражающие эмоции), субъективность (в содержании высказываний, речи от лица рассказчика, в эмоциональности)).
Краткие, неполные реплики («Умру от смеха!», «Сыски.», «Ах, мне плохо!») также являются основной чертой разговорного стиля.
В отрывке часто встречаются подчеркивающие авторскую оценку и эмоциональность элементы: восклицательный знак, восклицательный знак с многоточием, многоточие.

Автор устами одного из действующих лиц раскрывает перед нами небольшую картину: трое друзей, очевидно, младшего школьного возраста или еще младше, гуляя во дворе, наткнулись на новогоднюю елку, на которой обнаружили шишки. Соревнование мальчишек как между собой, так и против подруги, ситуация, которая могла бы произойти с каждым ребенком, придают реалистичности и особой выразительности рассказу. Хоть произведение и рассчитано на детскую аудиторию, это не сказка, а как бы возможность подглядеть в замочную скважину за обычной жизнью обычных, близких читателям, ребят, чем объясняется популярность такого рода произведений у аудитории.

***
2. А. С. Пушкин – Капитанская дочка (Глава IV)
Прошло несколько недель, и жизнь моя в Белогорской крепости сделалась для меня не только сносною, но даже и приятною. В доме коменданта был я принят как родной. Муж и жена были люди самые почтенные. Иван Кузмич, вышедший в офицеры из солдатских детей, был человек необразованный и простой, но самый честный и добрый. Жена его им управляла, что согласовалось с его беспечностию. Василиса Егоровна и на дела службы смотрела, как на свои хозяйские, и управляла крепостию так точно, как и своим домком. Марья Ивановна скоро перестала со мною дичиться. Мы познакомились. Я в ней нашел благоразумную и чувствительную девушку. Незаметным образом я привязался к доброму семейству, даже к Ивану Игнатьичу, кривому гарнизонному поручику, о котором Швабрин выдумал, будто бы он был в непозволительной связи с Василисой Егоровной, что не имело и тени правдоподобия; но Швабрин о том не беспокоился.
Я был произведен в офицеры. Служба меня не отягощала. В богоспасаемой крепости не было ни смотров, ни учений, ни караулов. Комендант по собственной охоте учил иногда своих солдат; но еще не мог добиться, чтобы все они знали, которая сторона правая, которая левая, хотя многие из них, дабы в том не ошибиться, перед каждым оборотом клали на себя знамение креста. У Швабрина было несколько французских книг. Я стал читать, и во мне пробудилась охота к литературе. По утрам я читал, упражнялся в переводах, а иногда и в сочинении стихов. Обедал почти всегда у коменданта, где обыкновенно проводил остаток дня и куда вечерком иногда являлся отец Герасим с женою Акулиной Памфиловной, первою вестовщицею во всем околотке. С А. И. Швабриным, разумеется, виделся я каждый день; но час от часу беседа его становилась для меня менее приятною. Всегдашние шутки его насчет семьи коменданта мне очень не нравились, особенно колкие замечания о Марье Ивановне. Другого общества в крепости не было, но я другого и не желал.
Несмотря на предсказания, башкирцы не возмущались. Спокойствие царствовало вокруг нашей крепости. Но мир был прерван внезапным междуусобием.
Анализ:
Данный фрагмент повести А. С. Пушкина является повествовательным. Представлен монолог от первого лица. Речь других участников действия в отрывке отсутствует. Главный герой рассказывает о событиях своей жизни в определенный промежуток времени, а также о вызванных ими впечатлениях и чувствах. Связь между абзацами текста параллельная.
В первом абзаце рассказчик говорит про впечатления от Белогорской крепости, описывает своих хозяев и отношения с ними – Ивана Кузмича, его жену Василису Егоровну и их дочь Марью Ивановну, — кратко, но объемно, позволяя читателю создать вполне живой образ даже на основе этих фактов. Подводя краткий итог своим наблюдениям, он вскользь упоминает уже знакомого читателю Швабрина, бросая на него легкую «тень», как он – на Василису Егоровну, персонажа повести. Предложения связаны цепной связью.
Во втором абзаце предложения связаны цепной связью. Автор открывает нам больше о главном герое его же устами и глазами. Он говорит о своем повседневном быте, становится понятна его любовь к чтению и сочинительству, что как бы приближает рассказчика к своему создателю, автору. Имеет место и небольшой иронический момент: безуспешные учения солдат и описание их «дремучести» через излишнюю набожность, видимо, осуждаемую как рассказчиком, так и автором текста. Предложение «Обедал почти всегда у коменданта, где обыкновенно проводил остаток дня и куда вечерком иногда являлся отец Герасим с женою Акулиной Памфиловной, первою вестовщицею во всем околотке» не указывает лицо, так как предложения до и после этого в качестве подлежащего имеют местоимение «я» и лицо очевидно. Здесь, упоминая Швабрина, автор использует инициалы, что придает оттенок пренебрежения и одновременно отдаления героев (а не дружеской фамильярности при обращении просто фамилией).
В третьем абзаце предложения связаны между собой цепной связью, что является признаком повествования.
Использованы общеупотребительные слова и слова, объединенные военной тематикой (комендант, крепость, смотры, учения, караулы, гарнизон, офицер, поручик, крепость). Особенностью является сочетание книжной и разговорной лексики. Лексическая составляющая текста подчеркнута архаизмами (дичиться – пугаться (совр.), вестовщица – сплетница, околоток – окрестность, охота — здесь «желание»), устаревшими формами слов (окончание –ию, -ою и т.д.), жаргонизмами и профессионализмами (особенно касающимися военной службы: комендант, крепость, смотры, учения, караулы, гарнизон, офицер, поручик, крепость). Автор также использовал сочетания «богоспасаемая крепость», «всегдашние шутки», формы слов «домком» (т.е. небольшим домом), «кривой поручик» (описание внешности), «незаметным образом» (т.е. незаметно), обращая внимание на особенности речи и характера рассказчика. Тропы «принят как родной» (сравнение – словно родственник), «доброе семейство» (согласованный эпитет качества – добропорядочное, хорошее), «колкие замечания» (согласованный эпитет – задевающие за живое по своему содержанию) и т.д. обнажают богатую индивидуальную речь рассказчика. Повтор слова «другого» в предложении «Другого общества в крепости не было, но я другого и не желал» наводит на мысль о двусмысленности высказывания: скорее всего, рассказчик не желал другого не только касательно общества, но и жизни в целом, о чем нечаянно упоминает сразу после имени Марьи Ивановны.
Инверсия в большинстве случаев является особенностью речи времени рассказчика. Перед союзом «но» автор использует точку с запятой в предложениях:
1. Я в ней нашел благоразумную и чувствительную девушку. Незаметным образом я привязался к доброму семейству, даже к Ивану Игнатьичу, кривому гарнизонному поручику, о котором Швабрин выдумал, будто бы он был в непозволительной связи с Василисой Егоровной, что не имело и тени правдоподобия; но Швабрин о том не беспокоился.
2. С А. И. Швабриным, разумеется, виделся я каждый день; но час от часу беседа его становилась для меня менее приятною.
Это сделано для того, чтобы сохранить обе мысли в одном предложении, не разбивая его на два, что, очевидно, казалось для автора важным. При этом в предложении «Спокойствие царствовало вокруг нашей крепости. Но мир был прерван внезапным междуусобием» предложения намерено разбиты. Подобный прием придает особое значение второму предложению, которого не было бы, будь оно просто частью первого, выделяя его.
Проведя стилистический анализ, мы пришли к выводу, что в данном отрывке представлен текст художественного стиля.

Читайте также:  Как создать ключевой контейнер для личного сертификата

3. «Незаметный.блокнот» Артемий Звершховский
Раз.
Сам себя поднимаешь утром с кровати за уши.
Два.
Не спеша открываешь дверь, закрытую изнутри.
Казалось, что одиноко — это когда никого снаружи.
А оказалось, одиноко — когда никого вну-
три.

Данное стихотворение представляет собой четверостишье в семь строк с перекрестной рифмой вида АВАВ. Его основу составляют общеупотребительные и стилистически нейтральные слова, которые формируют номинативный ряд без оглядки на оценку или какие-либо особенности говорящего. Лексическая база стихотворения представлена наречиями – не спеша, изнутри, одиноко, снаружи, внутри; местоимениями – сам, себя, что, когда, никого, это. Они формируют эмоциональную окраску произведения, описывающего внутренний мир и переживания лирического героя.
Строфа объединена общей тематикой – построена в виде пронумерованного списка, от одного до трех «пунктов»-рифмованных строк. Автор сегментировал каждый «номер» на отдельную строку, чтобы подчеркнуть это своеобразное разделение. Три пункта – три «мысли» героя. Они связаны цепной связью и идут друг за другом в правильном порядке повествования, особенно первые две (подъем с постели и выход из комнаты). Последняя стоит особняком как по содержанию (переход от непосредственно действий к размышлению), так и по форме, и присоединена к остальным параллельной связью. Здесь «номер» выставлен не в начале, а в конце строки, причем задействована внутренняя форма слова (вну-три – как одно слово «внутри» и как последний пункт, цифра три). Автор сравнивает человека с комнатой, о которой шла речь в начале строфы, примеряя те же пространственные понятия «изнутри-внутри, снаружи» к мироощущению и душе своего героя.
Амплификация (изнутри — внутри), инверсированный оборот «поднять за уши» (разбудить силой, без спроса), использованный в ином значении (действие остается насильственным, но теряет долю негативного смысла). Гендерная характеристика текста остается неизвестной, так как слов, использованных в каком-то определенном роде (мужском или женском) нет.
Все вышесказанное позволяет подтвердить, что использованный здесь стиль – художественный.

4. Антон Долин, рецензия на мультфильм «Город героев» для ВестиФМ.
"Город героев" — необычный мультфильм, но, к чести корпорации Disney, надо признать, что других они не делают уже давно; по меньшей мере, с тех пор, как креативную часть всей диснеевской анимации возглавил гениальный Джон Лассетер. Если "Рапунцель" или "Холодное сердце" продолжали традиции привычных сказок про принцесс, то "Вольт" или "Ральф" нарушали рутину неожиданными ходами, как сюжетными, так и формальными. И "Город героев" — еще один пример: кстати, еще и первая диснеевская попытка инкорпорировать комиксы компании Marvel (напомним, уже несколько лет это часть корпорации) в анимацию. Впрочем, супергерои здесь необычные. Центральный персонаж "Города героев" — мальчик-вундеркинд по имени Хиро; то ли японское имя, то ли "герой" по-английски, и само место действия тоже американо-японское — город будущего Сан-Франсокио. Там и живет подросток Хиро со старшим братом и воспитывающей их теткой, пока его, мальчишку, увлеченного боями роботов, не приглашают досрочно поступить в главный здешний университет. Там Хиро, будущий лидер команды супергероев, встретится с подельниками — чудаками, неудачниками, изобретателями-недотепами, корпеющими в лабораториях над своими порой неправдоподобными проектами.

Анализ:
Данный отрывок написан в публицистическом стиле. С одной стороны, он призван проинформировать читателей о фильме, с другой – воздействовать на их к нему отношение через авторский взгляд. Описание мультфильма– предмета статьи — и повествование об его действии идет через авторскую речь, где автор остается «за кадром», что не позволяет выявить гендерную характеристику данного текста.
Основу отрывка составляет стилистически нейтральная лексика и заимствованная лексика, оживляющая текст и придающая ему новизны и сенсационности и использованая к месту: креативный, корпорация, инкорпорировать (сделать частью корпорации), комиксы, компания, вундеркинд, проект и т.д. Она является одновременно признаком публицистики и неким требованием предмета статьи – зарубежного продукта о сплаве культур. Упоминание названий и имен («Дисней, «Марвел» — корпорации, «Рапунцель», «Холодное сердце», «Вольт», «Ральф» — названия мультфильмов, Джон Лассетер – сотрудник Дисней) требуют определенной базы в сознании читателя для лучшего понимания предмета статьи. Имя главного героя мультфильма, указанное в статье, может иметь несколько значений, что и поясняет кинокритик. Название вымышленного города, в котором происходят события мультфильма – Сан-Франсокио – это сочетание названий городов Сан-Франциско (США) и Токио (Япония).
Повторы («там и живет…», «там Хиро…»; «то ли японское имя, то ли "герой" по-английски», «еще один пример…», «еще и первая попытка…») также являются характерной особенностью публицистического стиля.
Текст отличается логичностью, связанностью, представляет собой один абзац, в котором предложения связаны цепной связью.

Читайте также:  Термические принтеры достоинства и недостатки

5. Николай Гумилёв, «Акростих»

Ангел лёг у края небосклона.
Наклонившись, удивлялся безднам.
Новый мир был синим и беззвездным.
Ад молчал, не слышалось ни стона.

Алой крови робкое биение,
Хрупких рук испуг и содроганье.
Миру снов досталось в обладанье
Ангела святое отраженье.

Тесно в мире! Пусть живет, мечтая
О любви, о грусти и о тени,
В сумраке предвечном открывая
Азбуку своих же откровений.

Анализ:
Этот текст является акростихом из трех четверостиший с рифмовкой вида АВВА. Первые буквы каждой строки образовывают имя «Анна Ахматова», которой и посвящено данное произведение.
Текст связан цепной связью и построен в виде лирического повествования с сюжетом на мистическую библейскую тематику (ангелы, ад, небосклон = небеса): в начале мироздания ангел посмотрел с небес вниз, и новому миру «досталось в обладанье» его отражение, мечтающее и тоскующее по своей неземной сущности, т.е. сама Анна Ахматова.
Высокая образность, эмоциональность, мелодичность подчеркивают лирическую направленность произведения. Использованы тропы: «Ад молчал» — олицетворение, «рук испуг» — олицетворение, «робкое биение» — олицетворение», «азбука откровений» – эпитет, «предвечный сумрак» — эпитет, «тесно в мире» — метафора. Книжная поэтическая лексика (биение, предвечный и т.д.) смешивается с межстилевой, что может быть характерно для художественного стиля. Лицо не используется, рассказчик остается неизвестен читателю и не является действующим лицом. Гендерные особенности неизвестны. Текст характеризуется регулярностью, связностью, образностью, пространностью, авторский шрифтовой режим (выделение первых букв строчек) позволяет с большим удобством прочесть зашифрованную анаграмму. Использование многочисленных тропов, лирическая направленность, большая выразительность и эмоциональность, выражаемая тропами авторская оценка и книжная лексика – признаки художественного стиля, а значит, можно сделать вывод, что данное произведение относится именно к нему.

Пример анализа текста публицистического стиля.

Что значит быть воспитанным?

Воспитанный человек. Если о вас скажут такое, считайте, что удостоились похвалы. Так что же такое воспитанность? Это не только хорошие манеры. Это нечто более глубокое в человеке. Быть воспитанным — значит быть внимательным к другому, деликатным, тактичным, скромным. Мне представляется, что таким был артист Художественного театра Василий Иванович Качалов. Он непременно запоминал все имена и отчества людей, с которыми встречался. Он уважал людей и всегда интересовался ими. При нем каждая женщина чувствовала себя привлекательной, достойной заботы. Все ощущали себя в его присутствии умными, очень нужными. Однажды поздно вечером Василий Иванович увидел две странные женские фигуры. Это оказались слепые, которые заблудились. Качалов немедленно предложил им свои услуги, проводил до трамвая, помог сесть в вагон. Корни этого поступка не просто в знании хорошего тона, а в сердечности и доброте к людям. Значит, все дело в мыслях и побуждениях. А знание норм поведения только помогает проявлению внутренней доброты и человечности. (По С. Гиацинтовой)

Этот текст публицистического стиля. Он актуален, общественно значим по тематике, эмоционален. Среди характерных для публицистики языковых и речевых средств можно назвать следующие: — именительный представления (Воспитанный человек. ); — непосредственное обращение к собеседнику (Если о вас скажут. ); — риторический вопрос; — неполные предложения; — оправданный повтор слов и синтаксический параллелизм конструкций (см. третий абзац); — противопоставления; — ряды однородных членов с сопоставительным и противительным значением; — отвлеченная лексика (воспитанность, человечность, побуждения). Этот текст относится к рассуждению. Тезис (второй и третий абзацы) оформлен в виде вопроса и ответов на него и построен по типу описания предмета: в качестве «данного» используется понятие «воспитанность», а в качестве «нового» — слова, которые раскрывают это понятие. Затем идет доказательство истинности этого утверждения, приводится пример истинно воспитанного человека. В этой части текста используется сначала описание предмета (черты характера Качалова), затем повествование (один из поступков Качалова). Далее автор, комментируя пример, возвращается к высказанному в начале текста положению и делает из него вывод: истоки воспитанности — в доброте и уважении к людям.

Пример анализа текста официально-делового стиля

Системное меню вызывается кнопкой, расположенной в левом верхнем углу окна. Команды данного меню стандартизированы для всех приложений среды Windows. Системное меню имеется в наличии в каждом окне документа. Его можно вызвать даже в том случае, если окно свернуто до пиктограммы, щелкнув на пиктограмме один раз кнопкой мыши. Существует также способ открытия системного меню посредством клавиатуры — с помощью комбинации клавиш [Alt-пробел]. Команды системного меню выбираются с помощью мыши, клавиш управления курсором или путем ввода подчеркнутых в названии команды букв вместе с [Alt].

В данном тексте отчетливо проявляются черты официально-делового стиля: 1. Жанр данного текста — инструкция. 2. Задача текста — сообщить точные сведения, имеющие практическое значение, дать точные рекомендации, указания. 3. Высказывание официальное, точное, бесстрастное (без выражения эмоций). 4. Языковые особенности текста: а) широкое использование терминологии (курсор, пиктограмма, системное меню, клавиатура, команда); б) употребление отглагольных существительных открытие, управление, ввод, комбинация вместо глаголов открыть, управлять, ввести, комбинировать; в) употребление отыменных предлогов (с помощью комбинации, путем ввода); г) употребление специфических оборотов официальной речи (имеется в наличии); д) в предложениях преимущественно прямой порядок слов; е) сказуемые выражаются возвратными глаголами (меню вызывается, команды выбираются), страдательными причастиями в краткой форме (стандартизованы).

Примеры анализа художественного текста Анализ поэтического текста

Белеет парус одинокой В тумане моря голубом. Что ищет он в стране далекой? Что кинул он в краю родном? Играют волны — ветер свищет, И мачта гнется и скрыпит. Увы! он счастия не ищет И не от счастия бежит! Под ним струя светлей лазури, Над ним луч солнца золотой. А он, мятежный, просит бури, Как будто в бурях есть покой! (М. Лермонтов) Стихотворение «Парус» было написано М. Лермонтовым в 1832 г. Вынужденный оставить Москву и университет, Лермонтов уезжает в Петербург и однажды, бродя по берегу Финского залива, он пишет это стихотворение,’ о чем свидетельствует М. Лопухина, в письме к которой Лермонтов послал первый вариант стихотворения. Это яркий образец пейзажно-символической лирики. В «Парусе» нашли отражение не только собственные настроения автора, но и настроения русской интеллигенции 30-х гг. XIX в.: чувство одиночества, разочарования и стремление к свободе в обстановке реакции после восстания декабристов. Быть может, грустное восприятие паруса, переходящее в глубокое философское раздумье, и сам образ были навеяны стихами А. Бестужева-Марлин-ского «Андрей, князь Переяславский»: Белеет парус одинокой, Как лебединое крыло, И грустен путник ясноокой; У ног колчан, в руке весло. По композиции стихотворение представляет собой расчлененный символический образ, данный в развитии. В стихотворении три строфы. Каждая состоит из двух различных по своему характеру частей: первый и второй стихи (строчки) воссоздают предметный образ (меняющуюся картину моря и паруса), а третий и четвертый — мысли и переживания лирического героя. Если прочитать стихотворение по-иному: сначала первые два стиха каждой строфы, а потом два заключительных стиха, то исчезнет переживаемое напряжение. Несмотря на то что стихотворение представляет собой лирическую миниатюру, его образная структура дана в развитии: картину моря и далеко плывущего в голубом тумане паруса (в первой строфе) сменяет изображение надвигающейся бури. Параллельно идет развитие в мыслях и переживаниях лирического героя. Одиночество гонимого странника, символически изображенное в первой строфе, вызвано его отчаянием и неприятием жизни (см. вторую строфу). Но мятежник хочет обрести душевный и нравственный покой в обновлении жизни, в перемене ее, в очистительной буре (третья строфа). Именно в этом сопоставлении: одинокий парус и му- чительные вопросы; поднимающаяся буря и отчаяние, уход от жизни; восхитительный пейзаж и жажда перемен, обновления — и заключается внутренняя напряженность стихов, сила их эстетического воздействия. Языковая изобразительность стихотворения определяется творческим замыслом поэта. Важную роль играет слово одинокой. В нем совмещаются значения, соотнесенные с предметным рядом (парус одинокой, т. е. плывущий один, без подобных себе) и с рядом символическим (одинокой, т. е. не имеющий единомышленников, близких людей). Все стихотворение проникнуто антитезой, которая находит выражение в контекстуальных антонимах: Что ищет он в стране далекой? Что кинул он в краю родном? Так же: счастия не ищет — не от счастия бежит; над ним — под ним. Повтор слов и их симметричное расположение — синтаксический параллелизм (Что ищет он. Что кинул. счастия не ищет. не от счастия бежит. над — под) — подчеркивают важность содержания. Той же цели служит и инверсия — перестановка компонентов предложения, нарушающая их обычный, стилистически нейтральный, порядок и приводящая к смысловому или эмоциональному выделению слов: парус одинокой, в тумане моря голубом. Ср. обычный порядок: одинокой парус, в голубом тумане моря. Читатель обратит внимание на прилагательные, сдвинутые со своих обычных мест перед определяемым словом. Выдвижение глаголов-сказуемых на позицию перед подлежащими передает динамизм изображаемой картины, активность проявления признака: белеет парус, играют волны. Постановка дополнения перед сказуемым подчеркивает особое значение слова счастие, несущего в стихотворении большую нагрузку. Поэт использует звукоподражание (ветер свищет, мачта. скрыпит), что усиливает ощутимый эффект бури. Динамическое изображение бури во второй строфе передается бессоюзным предложением (Играют волны — ветер свищет. ) и нагнетанием глаголов (скрыпит, гнется). Стихотворение написано двустопным ямбом, но обращает на себя внимание сбив ямбического метра в третьей стопе (пропуск ударения). Так ритмически выделяются опорные слова и словосочетания, и прежде всего парус одинокой. Так же ритмически подчеркивается и слово счастие. Легко заметить, что одни и те же слова становятся значимыми и эстетически ценными в стихотворении благодаря различным средствам их выделения: антитезе, инверсии, ритму.

Читайте также:  Криптопро не активна кнопка добавить считыватели

Анализ прозаического текста

Когда я вышел на поле, где был их дом, я увидал в конце его, по направлению гулянья, что-то большое, черное и услыхал доносившиеся оттуда звуки флейты и барабана. В душе у меня все время пело и изредка слышался мотив мазурки. Но это была какая-то другая, жесткая, нехорошая музыка. «Что это такое?» — подумал я и по проезженной посередине поля скользкой дороге пошел по направлению звуков. Пройдя шагов сто, я из-за тумана стал различать много черных людей. Очевидно, солдаты. «Верно, ученье», — подумал я и вместе с кузнецом в засаленном полушубке и фартуке, несшим что-то и шедшим передо мной, подошел ближе. Солдаты в черных мундирах стояли двумя рядами друг против друга, держа ружья к ноге, и не двигались. Позади их стояли барабанщик и флейтщик и не переставая повторяли все ту же неприятную, визгливую мелодию. — Что они делают? — спросил я у кузнеца, остановившегося рядом со мною. — Татарина гоняют за побег, — сердито сказал кузнец, взглядывая в дальний конец рядов. Я стал смотреть туда же и увидал посреди рядов что-то страшное, приближающееся ко мне. Приближающееся ко мне был оголенный по пояс человек, привязанный к ружьям двух солдат, которые вели его. Рядом с ним шел высокий военный в шинели и фуражке, фигура которого показалась мне знакомой. Дергаясь всем телом, шлепая ногами по талому снегу, наказываемый, под сыпавшимися с обеих сторон на него ударами, подвигался ко мне, то опрокидываясь назад — и тогда унтер-офицеры, ведшие его за ружья, толкали его вперед, то падая наперед — и тогда унтер-офицеры, удерживая его от падения, тянули его назад. И не отставая от него, шел твердой, подрагивающей походкой высокий военный. Это был ее отец, с своим румяным лицом и белыми усами и бакенбардами. При каждом ударе наказываемый, как бы удивляясь, поворачивал сморщенное от страдания лицо в ту сторону, с которой падал удар, и, оскаливая белые зубы, повторял какие-то одни и те же слова. Только когда он был совсем близко, я расслышал эти слова. Он не говорил, а всхлипывал: «Братцы, помилосердуйте. Братцы, помилосер-дуйте». Но братцы не милосердовали, и, когда шествие совсем поравнялось со мною, я видел, как стоявший против меня решительно выступил шаг вперед и, со свистом взмахнув палкой, сильно шлепнул ею по спине татарина. Татарин дернулся вперед, но унтер-офицеры удержали его, и такой же удар упал на него с другой стороны, и опять с этой, и опять с той. Полковник шел подле и, поглядывая то себе под ноги, то на наказываемого, втягивал в себя воздух, раздувая щеки, и медленно выпускал его через оттопыренную губу. Когда шествие миновало то место, где я стоял, я мельком увидал между рядов спину наказываемого. Это было что-то такое пестрое, мокрое, красное, неестественное, что я не поверил, чтобы это было тело человека. — О господи, — проговорил подле меня кузнец. Шествие стало удаляться, все так же падали с двух сторон удары на спотыкающегося, корчившегося человека, и все так же били барабаны и свистела флейта, и все так же твердым шагом двигалась высокая, статная фигура полковника рядом с наказываемым. (Л. Толстой. После бала) Рассказ «После бала» был написан Л. Толстым в последний период творчества — в 1903 г. Весь рассказ — это события одной ночи, о которых герой вспоминает через много лет. Композиция рассказа четкая и ясная, в ней логично выделяются четыре части: большой диалог в начале рассказа, подводящий к повествованию о бале; сцена бала; сцена экзекуции и, наконец, заключительная реплика. Для анализа предложена сцена экзекуции, в которой повествование ведется от лица героя, молодого человека, и на первый план выдвигаются формы, связанные с непосредственным восприятием и переживаниями героя, который как будто сейчас наблюдает происходящее, видит это впервые, даже не очень понимает, что происходит. (Следует напомнить, что сцена бала описывается человеком, для которого все это — далекое прошлое, и время действия и время рассказа в той части не совпадают.) В этом отрывке много неопределенных местоимений и наречий, которые подчеркивают неясность, неопределенность представлений героя. Вводное слово очевидно во внутренней речи героя передает ту же неопределенность. Если в сцене бала Л. Толстой использует характерные для описания эпитеты, эмоциональные определения, синонимы, то в сцене экзекуции определения единичны. И это не эпитеты в собственном смысле слова, они предметны (скользкая дорога, белые зубы, черные мундиры). Многие из них употреблены для создания контраста (антонимичные прилагательные белый — черный), но контраст создают также те предметы, нейтральные на первый взгляд, которые были использованы при описании бала, но теперь повторяются в новой ситуации: черные мундиры солдат и белые усы и румяное лицо полковника; его статная высокая фигура и спотыкающийся, корчившийся человек. Прилагательное красный, употребленное Л. Толстым в этой сцене (спина наказываемого), — это не только цвет. Ес- ли вспомнить, что в русской иконописи красный цвет часто обозначал ад и мученичество, то становится понятной его символичность в данном контексте. Изменение внутреннего состояния влюбленного молодого человека автор передает, по сути, одной фразой: Но это была какая-то другая, жесткая, нехорошая музыка. Восходящая градация определений передает эту смену душевного состояния героя. Грамматический характер большинства определений в этом эпизоде другой, чем в сцене бала: там это в основном прилагательные, здесь — причастия (оголенный по пояс человек, привязанный к ружьям, подрагивающая походка, под. сыпавшимися ударами и т. д.). В рассказе об экзекуции преобладают глаголы, даже в основе признака часто лежит значение действия, отсюда обилие причастий и деепричастий. Это хорошо заметно, если сравнить, например, описание полковника в сцене бала и в сцене экзекуции: 1. . очень красивый, статный, высокий и свежий старик; ласковая, радостная улыбка, сложен он был прекрасно. 2. . шел. втягивал в себя воздух, раздувая щеки, и медленно выпускал его через оттопыренную губу; грозно и злобно нахмурившись. В предложениях этой части Толстой нагромождает детали, повторяет их, усложняет синтаксические конструкции; сначала просто сообщает: Приближающееся ко мне был оголенный по пояс человек, привязанный к ружьям двух солдат, которые его вели. Затем дальнейшая конкретизация: . И не отставая от него, шел твердой, подрагивающей походкой высокий военный. Далее все более нагнетаются детали: И такой же удар упал на него с другой стороны, и опять с этой, и опять с той. И наконец: Шествие стало удаляться, все так же падали с двух сторон удары на спотыкающегося, корчившегося человека, и все так же били бараба- ны и свистела флейта, и все так же твердым шагом двигалась высокая, статная фигура полковника рядом с наказываемым. Обратим внимание на использование синтаксического параллелизма в этом отрывке. Все здесь подчеркивает ту последовательность, ту постепенность, с которой герой воспринимает события: он видит их все более точно, более подробно, и вместе с тем усиливается его душевное смятение, — так автор передает картину надвигающегося ужаса. В небольшом рассказе Толстому многое удалось показать и выразить осуждение палочного наказания, а также другую, более глубокую мысль о безнравственности насилия вообще.

Ссылка на основную публикацию
Почему экран телевизора красный
Одна из редких, но периодически встречающихся неисправностей — экран телевизора стал красным. В зависимости от типа ТВ, это может означать...
Почему зарядка от айфона сильно нагревается
Если человеку нездоровится, главное вовремя установить верный диагноз и назначить правильное лечение. Такая же ситуация обстоит и с гаджетами. Если...
Почему на триколоре нет программы передач
Телегид: это цифровая телепрограмма для Триколор ТВ, данные который загружаются в реальном времени через спутник. Поэтому иногда для загрузки данных...
Правила сдачи билетов на поезд ржд
Большинство граждан предпочитает заранее покупать билеты, так как зачастую это более выгодно и из-за того, что они могут закончиться на...
Adblock detector